Сегодняшний выходной я решил посвятить пребыванию дома, а если точнее я наконец прибрал этот хлам, который валялся повсюду. Привел в порядок вещи, половину отравив в стирку, все вычистил, принял душ... День провел в домашних заботах, что для меня случается редко. Не то, чтобы я так любил по-холостяцки заваленную квартиру, но времени и настроения редко хватает, чтобы заставить себя все это привести в божеский вид. К тому же порой просто хочется заняться любимым делом, а именно музыкой и уроками вокала, поэтому теперь, в убранном состоянии, все смотрелось даже не так уютно, зато просторно и чисто. Но вот, после того, как я принял душ и приготовил себе ужин, вернее наскоро состряпанная а-ля итальянская паста,  я наконец поел, любуясь на начавшийся дождь через расчищенное окно. Стало даже немного одиноко, а в голове начали крутиться мысли об этом несносном итальянце. Любопытно, как сейчас развлекался этот маэстро, и ведь снова в толпе девиц... Почему-то от последней мысли пропал всяческий аппетит, и полупустые тарелки отправились в раковину. Надо было себя срочно занять чем-нибудь, а настроение стало ухудшаться настолько же быстро, на сколько портилась погода. И я нашел-таки решение! Хотя немного банально, но я завалился на диван и просто включил телевизор. Выбор канала оказался произвольным, на каком-то старом кино, так что под шум разыгравшегося ливня меня сморило, и я вскоре мирно посапывал, обняв подушку, и уронив пульт на пол.

Сон был приятным, но одновременно и тяжелым. Такое бывает обычно при небольшой температуре, когда болеешь, и дурная голова будто налита свинцом, а обрывки сна кажутся долгожданным спасением от этого гнетущего чувства. но резкий звук заставил оторвать голову от подушки, но я не сразу сообразил, что это было и откуда он доносился. Оставалась слабая надежда, что мне это просто приснилось, настолько сейчас была притягательна подушка из жесткой декоративной ткани, но последний звон заставил поверить в реальность происходящего. Подняв пульт, я выключил телевизор, только затем я осознал, что звонили в дверь. Все еще пытаясь окончательно проснуться, я поплелся открывать нежданным гостям. Вот только пусть это только попробует быть соседка снизу или какие-нибудь продавцы. Ливень разошелся и его шелест продолжал убаюкивать, делая все попытки проснуться тщетными.
И когда, открыв дверь, я увидел на пороге Нечто с растрепанной копной мокрых волос и потекшей тушью, застыл на месте. Мне не хватало для пущего эффекта еще ущипнуть себя за щеку, чтобы удостовериться, что это не сон. Но его дорожная сумка в руках меня как-то смутила...
- Микеле?.. А что ты тут делаешь?

Прикосновение холодных рук к моей коже вызвало сразу мурашки и немного отрезвило, вернув в реальность окончательно. Какой вечер?! Какое такси?! Я наконец проснулся, поэтому тут же втянул промокшего Микеле в квартиру, причитая, что если тот простудится, то сорвет нам все ближайшие репетиции, что грозило хорошим ляпом на сцене. Избавив его от сумки, закинув ее в угол, я помог избавиться ему от куртки, затем, всучив полотенце и сменную чистую одежду, отправил в ванную согреваться.
"- Мике...у меня...на пару дней... Это мне снится?" - что-то внутри меня трепетало и радовалось, как будто я впервые приглашаю девочку на свидание, хотя в данных обстоятельствах это сравнение было крайне нелепым, но все же. Я варил кофе все еще задаваясь вопросом сон ли это, но после того, как ошпарил руку и разбил одну из любимых чашек, я наконец осознал, что это реальность. Но таким своим поведением я слишком выдавал некоторое восхищение этим человеком, что было не шибко позволительно с моей стороны. А затем я понял, что Локонте пришел с вещами, но я все равно снабдил его своей рубашкой и спортивными штанами. Зачем спрашивается? Впредь надо быть осторожнее. Так что к тому времени, как Микеланжело вышел из душа, на столе стояли две чашки с горячим кофе, а на моей руке покоился маленький пакетик со льдом.

Это что? Своеобразное испытание на выносливость? Я, конечно, покорно давал себя лечить и молча слушал его сбивчивый монолог, но я чувствовал, как мое напряжение растет, нужна была дистанция. Нужно было хорошее расстояние между нами, чтобы я не мог чувствовать его рядом, пахнущего моим шампунем. Поэтому при первой же возможности я высвободился из его рук, поблагодарив за мазь, и уткнулся в свою чашку с кофе.
- Оставайся, сколько потребуется, Мике... Но кровать у меня одна, поэтому кому-то придется осваивать диван.
Я улыбнулся, голосом давая понять, что готов стать этим покорителем жесткого лежбища на неопределенное время, если он состроит капризную мину и захочет занять мою кровать. Дико хотелось курить, поэтому не долго думая, я достал из пачки сигарету и прикурил, выдыхая дым и стряхивая пепел в недавно купленную пепельницу. Я не смотрел на итальянца, мне почему-то до сих пор не верилось, что он сейчас рядом, а точнее передо мной.
- И высуши наконец волосы! Не хочется, чтобы наш Моцарт болел и пропускал репетиции...

Перспектива проснуться утром и обнаружить рядом этого красавца и радовала, и огорчала одновременно. Радовала, потому что оказаться с ним в одной постели мечтает вся Италия и уже половина Франции, не говоря уже об остальных странах. А огорчала потому, что после такого сюрприза мне придется приводить себя в порядок под холодным душем.
"- Балбес, Фло! Ты идиот... Мы друзья, это ведь так просто... Мда, самоубеждение тут явно поздновато применять. Но ничего не поделаешь, с этим фактом надо как-то примириться. А еще лучше пустить нерастраченную энергию в другое русло."
Я вздохнул и наконец поднял глаза на своего новоиспеченного соседа. Мое замечание про волосы он не послушал, так что я недолго думая, поднялся и, нагнувшись через стол, стал сушить полотенцем их сам, зажав сигарету в зубах.
- Слушай хоть иногда, что тебе люди говорят. И не шути так, сюрпризы мне не особо нравятся.

От прикосновений я невольно замер, но не отстранился, его руки наконец согрелись и были теплыми. Я слегка улыбнулся, но Мике этого, благо, не видел, и я стал дальше сушить его шевелюру.
- Не провоняет...до сих пор же все в порядке. - я пожал плечами, продолжая медленно ворошить его под полотенцем.
Но дальнейшие его суждения меня немного озадачили, все же в жизни из меня так себе актер. Пока я старательно придумывал, что на это ответить, махровая ткань сползла на его плечи, и теперь он спокойно смотрел на меня, заставляя нервничать еще больше. Но невольно я наклонился к Микелю ближе, все еще держась за полотенце на его плечах. От необдуманного поступка меня спасло то, что я окунул свою футболку в все еще горячий кофе.
- Вот же черт! - я оттянул горячий конец мокрой ткани от себя подальше. - Нет, я никого не жду и ты мне не мешаешь.
Я стянул с себя осторожно верх и вздохнул, глядя на пятно. До сих пор не пойму над чем мне плакать, а чему радоваться. Или все пустить на самотек, мы ведь работаем вместе, не хотелось бы, чтобы он начал меня избегать.
- У меня сегодня просто какой-то "удачный" день на мелкие провалы... - вздохнув, я отправил футболку в стирку, а по пути из ванной взял чистую домашнюю рубашку, и вернулся на кухню, застегивая пуговицы.

В тот момент, как его руки коснулись меня, мне захотелось взвыть...или обнять его, крепко, и не выпускать из объятий, даже если мне двинут в челюсть. Не знаю чего мне хотелось в тот момент больше, но я просто стоял, позволяя помочь мне с непослушными пуговицами. Я поднял было руки, чтобы тоже коснуться его, но вовремя опомнился, сжав их в кулаки и просто опустив. Такое прокатывает с девицами, но Микеле ведь не девчонка, надо держать себя в руках. По началу казалось, что у меня просто долго не было романа ни с кем, поэтому, когда на глаза попалось это раскрашенное Чудо, меня интуитивно привлекло. Но спустя довольно длительное время, и после очередного недолговечного романа я понял, что не могу не думать об этом итальянце. И чего мне стоило отпустить его, когда тот застегнул эту треклятую рубашку?.. Но я мысленно отругал себя и сказал хватит. Поэтому мирно выдал ему комплект постельного белья, помогать не стал, сам справиться, мне еще с моей бурной фантазией надо совладать. И ушел на кухню, открыв форточку, начал дымить, и чем больше я курил, тем легче становилось. Так прошло пару часов, пока кофеин куда-то делся и ни стало клонить в сон.
- Спокойной ночи, Микеле. И не вздумай провернуть ту шутку. - проходя мимо дивана строго сказал я, направляясь в свою спальню.
Быстро избавился от одежды и нырнул под одеяло, пока эта хрупкая сонливость не распалась на мелкие осколки и обернулась бессонной ночью. Уборка в квартире тоже способна вымотать даже физически подкованного человека, особенно уборка в моей квартире. Поэтому я успел как раз к тому моменту устроиться в кровати, когда сонливость переросла в здоровый крепкий сон.

Сон был довольно крепкий, уютный, можно даже сказать теплым. Да именно теплым, и даже слишком приятным, чтобы просыпаться. Поэтому чуть крепче прижав к себе источник тепла, уткнувшись в завитки светлых волос...
-Ммм... Мике. - промычал я, щурясь от солнечных лучей, пробивающихся сквозь занавешенное окно.
Обычное французское городское утро еще одного выходного дня....так! Стоп. Тепло. Даже слишком тепло для моего обычного утра. И светлые короткие чуть вьющиеся волосы щекочут мой нос. Я резко распахиваю глаза, и как ожидалось, этот засранец меня даже не услышал!
- Микеланжело! Какого черта ты делаешь в моей кровати?!
Я свалился с постели, утащив свое одеяло с собой, ошарашенно и одновременно разгневанно смотря на виновника такого пробуждения. Мне давно надо было начинать бороться с этой вредной привычкой болтать во сне. Собственно почему мой последний роман и не был продолжительным - однажды утром моя подружка просто взревела, когда я сонно назвал ее этим именем. Ее можно было понять, и я понял, поэтому расстались мы довольно тихо. Но сейчас это грозило разоблачением...

Было крайне нагло с его стороны это заявлять, непроизвольно у меня даже брови поползли вверх. Я уже даже забыл, как только что безбожно спалился, если точнее мне стало искренне на это уже плевать. Подобного поворота событий я вполне мог ожидать, но этот негодник даже не извинился. Ладно, почему нет? В конечном счете это моя квартира. Поэтому, отобрав у Мике подушку, я хорошим шлепком ею отвесил по его заднице, как раз хорошо выглядывавшей из-под одеяла. Затем бухнулся рядом, присвоив подушку.
- Нет, считай, я еще не встал.
Я косо глянул на итальянца, теперь прекрасно понимая как Римская империя завоевала в свое время столько территории. Точно так же, как и была атакована моя кровать, или уж точно не с меньшей наглостью.
- И завтрак сегодня готовишь ты. И только попробуй что-то разгромить...

Я смотрел на него в упор, наверное, с минуту, мозги мне отказали в быстром придумывании оправдания. А как здесь вообще можно было оправдаться? Придумать историю, что у меня есть подружка и ее тоже так зовут? Глупо, потребуют познакомить. Сказать, что мне снилась сцена? Тем более не оправдывает моих домогательств. Хм...и как ты с таким подходом еще на этой самой сцене играешь, дорогой Флоран?...
- Может, тебе это приснилось? - я невозмутимо поднял бровь, сохранив совершенно дурное выражение лица.
Вот теперь моя наглость не знала границ, поэтому я поспешил ретироваться на кухню, пока меня в этом ни уличили. Не хотелось бы мне сейчас признаваться в таком, к тому же спросонок в одних трусах. По пути на кухню я натянул на себя захваченные из спальни спортивные штаны, и, зевая, поставил варить кофе, затем полез в холодильник за чем-нибудь съестным. В конечном итоге мое утро началось с чашки кофе и бутерброда со сладкой орехово-шоколадной пастой. Мда, самый лучший выход из любой ситуации - пойти поесть, раз твоя кровать атакована привлекательными итальянцами, в которых ты влюблен.

Оказалось, что оставаться беспристрастным наедине с объектом своих воздыханий не так легко, как представлялось на первый взгляд. Когда рядом есть другие люди, особенно на сцене, ты отвлекаешься от своих мыслей и чувств. А здесь некуда отступать, хотя и приятно с одной стороны, появляется некоторая паника, которая толкает на совершенно необдуманные поступки. И даже сейчас, услышав его голос из ванной, я чуть ни подавился своим завтраком, но обошлось. Зато совершенно пропал аппетит, когда заявили о газете с объявлениями. Ну да, не могу же я вечно от него шарахаться.
"А может все же выложить ему все, как на духу?"...
Ага, и что тогда будет? В лучшем случае я заработаю себе вывих челюсти и он будет ночевать в гостинице, а в худшем... Не хочу себе этого представлять. Еще есть третий вариант - я слишком много думаю.
Отодвинув тарелку с еще одним бутербродом, я опустил голову на стол, прислонившись к столешнице лбом. Немного прохлады на мою переполненную голову мыслями не помешает, еще бы холодный душ и буду, как новенький. Что поделать, сам во всем виноват, теперь либо справляйся с собой, либо расхлебывай последствия. Теперь осталось только решить, что будет проще сделать.

Я откинулся обратно на спинку стула и посмотрел на итальянца, наводившего марафет. Меня всегда удивляла его такая черта, быть всегда при параде, даже если ты собрался просто пройтись до магазина, банальный выход из дома, а он снова со своей краской. Порой мне так и хочется ее специально размазать, чисто посмотреть его реакцию, будет ли она такой же, как у всех тех девиц, с которыми я встречался.
- Я в полном порядке... - выдавил из себя подобие улыбки, пытаясь подтвердить сей факт. - Слушай, Микеле, а ты никогда не задумывался о браке?
Глупый вопрос, и естественно заданный мной не без цели. Мне было любопытны его мысли на этот счет, и если он сейчас даст мне хотя бы намек на шанс, то, возможно, завтра ему не придется никуда переезжать. Я внимательно следил за Локонте, пытаясь прочитать на лице то, что, возможно, он не скажет словами. И на что я могу надеяться не стоит спрашивать, я и сам не знаю. Но у меня еще осталась половина чашки с кофе и это время я хочу потратить на именно этот разговор.

- А сейчас заинтересовало.. - я пожал плечами, не говорить же ему всей правды в лоб. - Ведь это нормально хотеть семью.
Я сделал глоток уже остывшего кофе, но продолжал смотреть, как это чудо сидит на моей кухне и красит свои глаза, как будто так и надо. Черт, и ведь действительно хорошо вписывается. Или он везде так хорошо смотрится?
- У тебя есть тот, с кем бы ты хотел семью?
Я долго сверлил взглядом чашку с остатками напитка, затем поднял глаза на Мике, что-то мне подсказывало, что у меня виноватый вид, хотя я очень старался вести себя совершенно естественно.
Не знаю почему, но мне вдруг сложно стало представить его с девушкой. Ежедневные драки за карандаши для глаз, или за последний ватный тампон, чтобы вечером это художество все смыть. Не знаю, разве нормальная женщина станет такое терпеть? Ну, я очень надеюсь, что нет. Иначе я останусь ни у дел, хотя это что-то уже слишком много надежды в себе оставил.

- Пойду...
Я хотел было спросить кто это, но раз Микеле перевел тему, то значит мне не стоит знать. Что ж, его дело, хотя у меня изрядно испортилось настроение. Остатки кофе отправились в раковину, а сам я пошел в душ. Немного освежиться, умыться, расчесать наконец эту копну, чтобы прилично выглядело.
Необходимо сосредоточиться на другом, теперь это уже жизненно необходимо. Хотя не знаю, то ли эта новость меня расстроила, то ли разозлила. По большому ни то, ни другое чувство не стоит того, чтобы его показывать, но последний вариант мне почему-то нравился больше.
Джинсы, любимая рубашка в клетку, бумажник, мобильный и темные очки на нос. Все мои сборы, которые не заняли и пяти минут, и я вернулся в компанию Микеля.
- Решил куда пойдем? Или просто в первом попавшемся салоне возьмем ту же модель, что и прошлого мобильника?
Взяв ключи, я выпроводил итальянца и последовал за ним. Мне было все равно куда мы пойдем, главное чтобы было людное место, чтобы мне не начать снова заводить в беседе странные темы, от которых становится паршиво самому.

Отредактировано Antonio Salieri (04-11-2011 22:58:33)